12.08.2014 Рада

У нас вы можете скачать книгу Неофициальная история конфуцианцев У Цзин-цзы в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Чжао окружает больную госпожу такой заботой истинной или притворной — так и остаётся неясным , что та заставляет мужа пообещать: Муж так и делает — а Чжао всё горюет по барыне, заражает своей скорбью мужа, и тот тоже умирает от меланхолии.

Наконец, Чжао — хозяйка дома, и при этом хозяйка умная и справедливая; но тут внезапно умирает её сын, мальчик-наследник, и вся родня мужа и его первой жены набрасывается на вдову, чтобы отобрать у неё всё достояние. По счастливому стечению обстоятельств, дело обошлось — кое-что Чжао сохранить удалось. Вот молодой поэт Цюй женится на дочке историографа Лу. У историографа сыновей не было, дочь он растил как мальчика, то есть дал ей всё возможное образование.

И вот она начинает, сыпля цитатами, убеждать мужа сдавать экзамены и служить — а тот упирается, ему это неинтересно. Зато ему нравится обсуждать поэзию с жениной служанкой, он ей даже дарит подарок: Но всё это только до тех пор, пока та не сбежит с возлюбленным. И тут утонченный Цюй являет себя лютым тираном и деспотом: Беглецов ловят, сажают в тюрьму, и только ушлый стражник помогает им выбраться, да ещё и стрясти с Цюя денег шантажом — ибо тот самый опальный поэт до сих пор, вот уже двести лет, под запретом, а сундучок Цюй получил когда-то в подарок от откровенного и довольно подлого мятежника, которому помог в трудный час.

Знакомый нам актёр Бао возвращается в Нанкин и встречает старого приятеля, который уже троих сыновей по бедности продал в рабство и готов продать младшего. Бао старика оделяет деньгами, а его мальчика усыновляет и пытается дать ему образование — ибо Бао, как мы знаем, благоговеет перед учёностью.

Но Бао умирает, и его приёмного сына начинают сватать. Сваха нахвалила Бао-младшего невесте: После свадьбы выясняется, что жених — бедняк из презираемого актёрского сословия никакой учёной карьеры он так и не сделал , а невеста — уже одного мужа в гроб вогнала, с другим развелась, а нрав у неё ужасный и со свекровью у них начинается война.

Да ещё, едва выйдя замуж и узнав, как её надули, она немедленно заболевает, и за два года на женьшень и прочие снадобья уходят все сбережения старого Бао. Тут приёмная мать не выдерживает и выгоняет Бао-младшего из дому вместе с его женой которая, кстати, немедленно поправляется. Какое-то время они вместе перебиваются с хлеба на квас, но жена не оставляет Бао в покое, не в силах простить тот давний обман, и в конце концов он сбегает от неё в Нанкин и с помощью щедрого Ду того самого, которого автор, говорят, писал с себя сколачивает свою труппу и возвращается к отцовскому промыслу.

А сам Ду Шао-цин и его товарищи по основанию храма, наоборот, с жёнами прекрасно ладят. Советуются с ними по деловым вопросам и советам следуют, и правильно делают , общаются на равных, ходят на прогулки а Ду — так и по кабакам , к ужасу почтенных нанкинцев, считающих, что приличная женщина должна дома сидеть. Ду отказывается принять столичное назначение потому, что там, далеко на севере, в Пекине, климат вредный для его болезненной жены, а когда ему говорят: А вот, наконец, барышня Шэнь из приличной, но обнищавшей семьи.

Отцу её, казалось бы, привалила удача — сосватал дочку за богатейшего соляного откупщика. Читателю тут уже, впрочем, всё должно быть ясно — мало кого У Цзин-цзы ненавидит больше, чем соляных откупщиков, этих кровопийц и погубителей Южноречья! Богач, как и следовало ожидать, с невестой обращается по-свински, и прежде всего собирается держать её не как жену, а как наложницу.

И девушка довольно ловко от него сбегает. Не к отцу — на отца она немного обижена, и к тому же понимает, что тот её с голоду запродал откупщику, — а в большой город Нанкин.

И хотя там сказывается её неопытность жильё, скажем, сняла в совершенно неподходящем районе, что и расхлёбывает впоследствии , но довольно быстро она в одиночку налаживает свой маленький бизнес, торгует вышивками и веерами и не без успеха отбивается от навязчивых ухажёров, считающих, что одинокая девица — несомненно лёгкого поведения.

Откупщик, однако, объявляет её в розыск, власти находят и хватают барышню Шэнь, но благодаря её настойчивости и хлопотам её друзей признают-таки брак недействительным. Из Нанкина Шэнь всё же высылают, но хотя бы к отцу, а не к постылому откупщику. Самая жуткая из женских историй в книге — про добродетельную вдову Ван.

Она тоже из бедной семьи, и муж её беден, да потом ещё и умирает. Молодая женщина решает, по образцу добродетельных женщин древности, покончить с собою вслед за ним — дабы не быть в тягость ни родителям мужа, ни собственным отцу с матерью, да ещё и получить посмертную славу и памятник от правительства за супружескую верность.

Свекор, свекровь, мать со слезами отговаривают её — тщетно; отец, старый Ван, колеблется — дочку жалко, но ведь говорит она всё правильно, по всем уставам добродетели. Старик встаёт на её сторону — и вдова действительно умаривает себя голодом и удостаивается всех посмертных почестей.

Правда, старику Вану жена не прощает гибели дочери и выживает его из дома. А последняя из развёрнутых женских историй в романе — любовная.

Героиня её — Пин Нян, красавица из весёлого дома, влюбившаяся в молодого гуляку. Девица капризная, насмешливая над бедными клиентами эта звезда заведения потешается довольно жестоко , тщеславная — но влюбляется по-настоящему, не на шутку.

Ёй и ее кавалеру даже выделена единственная, кажется, фраза в романе со слабым налётом эротики. Молодому человеку она тоже очень нравится, но — дорого; так что когда у него кончаются деньги, он бросает Пин Нян даже с некоторым облегчением. Бедняжка от огорчения заболевает чуть не до смерти, а в конце концов устраивает сводне такой скандал с громом и молнией, что та соглашается, чтобы эта её лучшая девушка, так и быть, не умерла с горя и не зарезалась, а ушла в монастырь, хотя это и прямое разорение.

К счастью, постоянная монахиня это заведение опекает, так что она даёт Пин Нян и наставление, и постриг. И при всех этих грустных и мрачных событиях, при всех злодействах и ужасах — роман правда смешной.

Не столько за счёт откровенных гэгов скажем, слуга на свадьбе загляделся на приглашённых актёров, пролил суп, собака стала суп лизать, он её пнул, башмак сорвался с ноги и воспарил над столом, а затем плюхнулся в миску учёному геоманту, только-только после мучительных сомнений выбравшему из двух блюд более лакомое — все зашептались: И кромешной мрачности нет: И то, и другое У Цзин-цзы умудряется описывать так, что выглядит это совершенно естественно.

И читается увлекательно, и всех героев автор по-своему любит — даже полных чудовищ. Что тяжело при чтении. Во-первых, при таком количестве персонажей в русской транскрипции часть из них оказывается тёзками, и возникает на некоторое время путаница — особенно если персонаж уже исчезал на несколько сот страниц, и перед его новым появлением его тёзки активно действуют. Во-вторых, несколько смущает смесь названий для чинов и должностей — когда в переводе сочетаются гуншэны, доктора и чуть ли не хорунжие.

В-третьих, чудовищно дробная денежная система а о деньгах в таких историях, понятным образом, речь заходит то и дело. А вот когда все эти цяни, фыни и ляны приходится по ходу дела пересчитывать друг в друга, чтобы понять, насколько бедственно или наоборот положение того или иного персонажа или насколько его обдурили — неудобно.

Но в целом — замечательная книга! Мы тут помянули едва половину историй из неё — а там ещё много всякого: Posted 1 Jan Нашел и добросовестно скомуниздил прямо из исходника страницы биографию художника да простит меня Ктулху. Уже в пять лет ребенок начал увлекаться каллиграфией, к которой его пристрастил отец, они вместе проводили время за чтением, рисованием, вместе гуляли.

Когда Чэн Туну исполнилось девять лет, отец заболел и вскоре скончался, что сказалось на психологическом состоянии ребенка, ведь в лице отца он потерял и лучшего друга. Тем не менее, материальное состояние семьи не пошатнулось. Более того, в воспитание будущего художника вмешалась почти семья. Сначала ему прочили врачебное будущее, отправив его в Шанхайский Медицинский Колледж. Но к сожалению, а может и к счастью, медицинская практика несколько удручала молодого Чэна, и учеба перестала его интересовать.

Его родственники, признав, что медицина — это не то, чем хочет заниматься Чэн Тун, с удивлением начали обнаруживать у него огромный талант к живописи и каллиграфии.

С этого момента происходит становление Чэн Туна в качестве живописца. Там он попадает в руки прекрасных мастеров: Однако, окончив Академию в году, он обнаружил, что, чтобы хоть как-то сводить концы с концами, ему придется отказаться, хотя бы временно, от художественной деятельности.

И уже в году Чэн Ши-фа публикует три крупных работы: Уровень художественных навыков Чэн Ши-фа рос стремительными темпами. Начав рисовать иллюстрации к комиксам в м году, художник к му году начал выполнять государственные заказы. В возрасте 38 лет Чэн Ши-фа отправляется путешествовать по юго-западу Китая, в частности в провинцию Юньнань, с тем, чтобы поближе познакомиться с малыми народностями Китая. Увлекаясь фотографией, он делал огромное количество снимков, на которых он стремился запечатлеть бытовые сцены и ритуальные практики.

И однажды он, осознав, что эстетическое восприятие, художественное видение мира не может быть выражено в реалистической манере, начал экспериментировать со своими фотографиями, перенося их на бумагу не посредством печати, а с помощью кисти. Бытовые сцены предстают перед тем, кто любуется творчеством Чэн Ши-фа, яркими, наполненными жизненной легкостью и невесомостью. Кисть художника — а он работал и в линеарной, и в технике ши-мо разведенная тушь — то тонкой сухой кистью очерчивает границы изображаемого объекта, то агрессивными, подобными акварельной живописи, мазками эти самые границы нивелирует.

Обе работы привлекли привлекли внимание мировой общественности: Создатель китайских комиксов, как отдельного направления живописи, самобытный художник, работавший в различных стилях шань-шуй, жэнь-у, хуа-няо , каллиграф, Чэнь Ши-фа по жизни был очень добрым и скромным человеком и отказывался признавать свой талант. К сожалению, большего всего внимания к его творчеству, как это всегда и бывает в мире искусства, начали уделять лишь после его смерти в году.

Но зато сейчас мало кто берется спорить, что Чэнь Ши-фа — один из лучших китайских художников двадцатого века. You need to be a member in order to leave a comment. Sign up for a new account in our community. Неофициальная история конфуцианцев Started by Saygo , 20 Dec Это, кстати, единственное самоубийство в книге.

Share this post Link to post Share on other sites. Иллюстрации Чен Ши-Фа Портрет автора придуман уже в ХХ веке — прижизненных не сохранилось Странствующий рыцарь через окно навещает своих учёных друзей: У Цзин-цзы хотел показать жизнь не так, как ее изображали "официальные" историки того времени. Он стремился вскрыть внутренние процессы в жизни общества, помочь читателю увидеть те незаметные рычаги, которые двигали в то время помыслами и поступками людей.

Рисуя жизнь конфуцианцев, представителей различных слоев населения, писатель по существу показал все общество целиком, от низшей его ступени до императорского двора. Издание предваряет вступительная статья Д. Воскресенского "У Цзи-цзы и его роман "Неофициальная история конфуцианцев"". Китай , книги , конфуцианство.

Улицы Москвы все больше напоминают Европу. Пять лет назад я впервые побывал на территории реконструированных зданий по адресу Станиславского Помню свои ощущения, будто я перенесся в Голландию или Германию. Красивое и продуманное общественное пространство вместе с качественной реконструкцией зданий сделали свое дело. Те, кто там бывал,…. Post a new comment Error Anonymous comments are disabled in this journal.